160-ЛЕТИЕ ЯКУТСКО-АЯНСКОГО ТРАКТА

Казарян Павел Левонович

По распоряжению Правительства РС(Я) в октябре 2004 г. будет отмечаться 160-летний юбилей Якутско-Аянского тракта, открытие которого означало для Российского государства второй выход на Тихоокеанское побережье. Исторический опыт строительства и использования этого тракта имеет большое значение для развития Северо-Востока России и на современном этапе.

Спустя несколько десятилетий после учреждения в 1731 г. Охотского морского порта стали очевидными его неудобства: мелководье не позволяло судам швартоваться к берегу ближе 3-5 миль; открытый рейд при наличии сильных отливов и приливов представлял опасность для стоянки судов. К тому же, до этого порта трудно было добраться и по суше. Путь пролегал по учрежденному в 1733 г. Якутско-Охотскому тракту. Особенно сложным был участок в малонаселенной местности от р. Алдан до г. Охотска.



Вопрос о переносе Охотского порта время от времени ставился, но не решался. Положение дел изменилось, когда управляющим Охотской факторией Российско-Американской компании в 1840 г. стал лейтенант флота Василий Степанович Завойко. Он предложил Главному правлению компании перенести порт в более удобное место на Охотском побережье. Получив одобрение, Завойко, вместе со служащим компании Дмитрием Ивановичем Орловым, в 1842-1843 гг. провел гидрографическое обследование побережья от Охотска до залива Аян. В результате этих работ местом строительства новой фактории и морского порта была выбрана удобная и защищенная от ветров бухта Аян. Главное правление Российско-Американской компании одобрило этот вариант [1].

Одновременно с началом строительства в 1844 г. Аянской фактории началась прокладка тракта на участках от с. Амга до пристани Усть-Мая и от местечка Нелькан (через Джугджурский хребет) до порта Аян. Открытый в 1844 г. Якутско-Аянский путь действовал только в летнее время: доставка грузов осуществлялась вьючным способом из Аяна до Нелькана, сплавом по рекам Мая, Алдан и Лена до г. Якутска или от Нелькана сплавом до Усть-Маи и далее - вьючным путем через с. Амга до г. Якутска. Зимой перевозка товаров не производилась, а связь с Якутском поддерживалась через нарочных [2].

В 1845 г., по ходатайству Российско-Американской компании, для перевозки почты от Якутска до Аяна в четырех пунктах, на участке от Усть-Маи до Аяна, были поселены якуты, после чего сообщение порта Аян с г. Якутском стало регулярным.

6 сентября 1846 г. в адрес Морского министерства вышел Высочайший именной указ «О присвоении Аянской фактории наименования Аянского порта Российско-Американской компании» [3].

Обустройство самого трудного 199-верстового участка тракта, от Нелькана до Аяна, проводилось в 1844-1847 гг. под руководством служащего Российско-Американской компании, якутского мещанина Алексея Павловича Березина. Ежегодно в улусах Якутского округа нанималось на работу до 100 человек, которые за плату в 20-30 руб. и питание за счет компании работали на тракте с апреля по сентябрь [4].

Аян стал не только торговым портом, но и базой для организации изучения западного побережья Охотского моря, Татарского пролива и устья р. Амура. Эту миссию Российское правительство возложило на Российско-Американскую компанию, и ее служащие (поручик А.М. Гаврилов, подпоручик А.В. Савин и др.) провели гидрографические исследования побережья. В 1849-1853 гг. из порта Аян в города Иркутск и Санкт-Петербург шли донесения Амурской экспедиции, передвигались люди, перевозились грузы.

В истории российского Дальнего Востока важную роль сыграл генерал-губернатор Восточной Сибири Николай Николаевич Муравьев [5]. Он представил министру внутренних дел России Л.А. Перовскому целый пакет предложений по административному переустройству Северо-Востока Сибири, в частности, о ликвидации Охотского портового управления и учреждении Камчатской области, с присоединением Охотского округа к Якутской области. Поездка же генерал-губернатора в 1849 г. от Аяна до Якутска убедила его в необходимости учреждения государственного почтового тракта Якутск - Аян, почтовых станций от пристани Усть-Мая до Аяна, а также заселения тракта переселенцами из Иркутской губернии и Забайкальской области.

По возвращении в г. Иркутск Н.Н. Муравьев представил в Министерство внутренних дел предложения о заселении почтового Якутско-Аянского и закрытии Якутско-Охотского трактов. В 1851 г., после обсуждения доклада в Комитете министров, план был утвержден Николаем I [6].

В июне 1852 г. состоялось переселение 99 семейств (всего 583 чел.) на 27 учрежденных почтовых станций от Усть-Маи до порта Аян и, таким образом, 1120-верстовой Якутско-Аянский тракт стал круглогодично действующим: летом и зимой доставка почты от Аяна до Нелькана; летом - от Нелькана сплавом до Усть-Маи, зимой - по Мае до Усть-Маи и далее - через Амгу в г. Якутск.

Спустя два года после заселения тракта, в августе 1854 г., из Аяна в г. Якутск ехал возвращающийся из кругосветного путешествия на фрегате «Паллада» писатель И.А. Гончаров, который оставил живописные воспоминания о порте Аян и Якутско-Аянском тракте. Он писал: «Нет сомнения, что будет езда и дальше по Аянскому тракту. Все год от году улучшается; расставлены версты; назначено строить станционные дома. И теперь, посмотрите, какие горы срыты, какие непроходимые болота сделаны проходимыми! Сколько трудов, терпения, внимания - на таких пространствах, куда никто почти не ездит, где никто почти не живет!» [7].

В Аяне находились только служащие Российско-Американской компании, но не было представителей служб охраны общественного порядка и власти. Поэтому по ходатайству компании из состава 4-й сотни Якутского городового казачьего полка была сформирована команда в составе двух десятков казаков во главе с пятидесятником и направлена в порт Аян. Командир Аянской казачьей команды одновременно получил звание полицмейстера Аяна [8].

По Айгунскому (16 мая 1858 г.) и Пекинскому (2 ноября 1860 г.) договорам Китайское правительство признало новые границы с Россией в Приамурском и Уссурийском краях по рекам Амур и Уссури. Если до середины 50-х годов XIX в. порт Аян был единственным транзитным портом для перевозки грузов из Санкт-Петербурга и Иркутска на Камчатку, а также в североамериканские российские владения и обратно, то после начала Амурских сплавов (1854 г.) и присоединения Приамурского края к России, Российско-Американская компания уже направляла поток своих грузов по р. Амур. Так, по мере заселения и обустройства Амурского пути, для Российско-Американской компании стало уменьшаться значение Якутско-Аянского тракта и порта Аян.

Главное правление Российско-Американской компании 23 августа 1865 г. постановило: «Контору из Аяна перевести в Якутск и Якутское и Амурское комиссионерства упразднить. Начальнику же Аянского порта сохранить это звание с присоединением к нему звания правителя Якутской конторы, образуемой из нынешнего комиссионерства, и затем присвоить ему название: начальника Аянского порта и правителя Якутской конторы Российско-Американской компании, постоянным местопребыванием которого должен быть Якутск, а временное, только в течение навигации, в Аяне» [9].

После обнародования договора от 30 марта 1867 г. о продаже Россией своих североамериканских владений США (за 7 млн. 200 тыс. долларов) в течение одного года были ликвидированы все учреждения Российско-Американской компании, в том числе Якутская контора и управление в порту Аян, упразднен государственный Якутско-Аянский почтовый тракт. Аянская казачья команда была возвращена в г. Якутск. Порт Аян перешел в ведение правительства. Права на эксплуатацию портового имущества в 1868 г. приобрел петропавловский купец первой гильдии, советник коммерции Александр Федорович Филиппеус [10].

Генерал-губернатору Восточной Сибири М.С. Корсакову удалось добиться от правительства для порта Аян, в целях сохранения завоза сравнительно дешевых товаров в Якутскую область, статуса порта беспошлинного завоза товаров (порто-франко).

Обращение Корсакова в Министерство финансов и Государственный совет нашло поддержку, и 22 декабря 1869 г. Александр II утвердил положение Государственного совета, гласившее: «…разрешить беспошлинный ввоз через Аянский и другие порты Охотского моря в Якутскую область всех вообще иностранных произведений (т.е. товаров. - П.К.), за исключением крепких напитков, хлебного вина и спирта, провоз коих в Приморскую область оставить по-прежнему разрешенным, с уплатою установленной пошлины, только через Николаевский порт (район Аяна согласно указу от 31 октября 1856 г. входил в состав Удского уезда Приморской области, а ближайшим таможенным пунктом являлся город-порт Николаевск- на- Амуре. - П.К.), и с тем, чтобы иностранные товары, в случае их привоза в Иркутск, были оплачиваемы пошлинами по общеевропейскому тарифу» [11].

По распоряжению Министерства финансов, Иркутская таможня в июне 1871 г. учредила таможенный пункт на границе Якутской области с Иркутской губернией, в с. Нохтуйске Олекминского округа [12]. Таким образом, территория всей Якутской области стала зоной бестаможенного ввоза товаров через Аянский порт.

В связи с тем, что после ухода из Аяна администрации Российско-Американской компании и команды Якутского городового казачьего полка в порту не стало государственной власти, для контроля за ввозом товаров и соблюдением законности в 1871 г. (по ходатайству А.Ф. Филиппеуса) исправляющим на должность полицмейстера Аяна был назначен сотник Якутского городового казачьего полка Василий Говоров, которому в подчинение были предоставлены три казака [13].

Поселенцы Якутско-Аянского тракта были причислены к обществу крестьян Аянского тракта и проживали в одном селении (Усть-Мая) и 24 деревнях. По предложению Главного управления Восточной Сибири и общественному приговору от 21 февраля 1868 г. большинство из них согласились переселиться в Южно-Уссурийский край Приморской области. В 1869-1870 гг., по контракту с правительством, А.Ф. Филиппеус перевез 76 семей до Аяна, а оттуда на пароходах до г. Владивостока. Бывшие аянские крестьяне были поселены на р. Мангугай Южно-Уссурийского края [14]. Отказавшиеся от переезда семейства, первоначально причисленные к обществу крестьян Аянского тракта, центром которого являлось с. Павловское, впоследствии перешли в другие общества крестьян Якутской области. Часть из них переселилась на р. Амгу и образовала Новопокровскую деревню.

Владелец портового имущества Аянского порта и эксплуатант Аяно-Якутского пути А.Ф. Филиппеус организовал доставку грузов в Якутскую область по следующей схеме: морем через Николаевскую таможню в порт Аян, из Аяна зимним путем до Нелькана, а летом на карбазах сплавом по рекам Мае, Алдану и Лене до г. Якутска. Часть товаров он продавал или обменивал на пушнину в Аяне и Нелькане, а часть сплавом отправлял в Якутск, где они реализовывались по более низким ценам, чем товары, привозимые через Иркутск. Ежегодно фрахтованные Филиппеусом суда совершали рейс из Владивостока в Аян. Его удачная деятельность на этом поприще подтолкнула и других купцов, торгующих в Якутской области, завозить товары по Аяно-Якутскому пути.

Если в 70-х годах XIX в. через Аян в Якутскую область доставлялись товары из азиатских стран, то в 1880 г. первый рейс Добровольного флота из Одессы во Владивосток ознаменовал завоз товаров из Европейской России через Владивосток и Аян в Якутскую область. Осуществил это якутский купец второй гильдии Иван Иванович Силин, который закупил в Европейской России 3 тыс. пудов разных товаров, в Ханькоу - 500 пудов чая и через Владивосток доставил их в Аян, а затем зимним путем (на оленях) - с Аяна в Нелькан. По вскрытии рек Мая, Алдан и Лена груз был сплавлен до Якутска. При этом доставка пуда груза из Одессы до Якутска обошлась Силину в 4 руб. 85 коп., а с Ханькоу - 4 руб. 40 коп. Если бы товар доставлялся через Иркутск, то пуд обошелся бы в 7-8 руб. Так, на транспортных расходах Силин сэкономил с пуда от 2 руб. 15 коп. до 3 руб. 15 коп., в сравнении с доставкой через Иркутск [15].

В 1881 г. И.И. Силин вновь выписал 3 тыс. пудов товаров через Одессу. Как докладывал военному губернатору Приморской области аянский полицмейстер, «… в зиму 1881/82 гг. через Аянский порт вывезено в Якутскую область иностранных приготовлений: 566 мест чая кирпичного, китайского и японского; до 40 ящиков чая байхового китайского; до 60 ящиков сахара из Гамбурга; до 6 ящиков сухарей американских; до 25 ящиков консервов разных и до 65 кульков риса китайского» [16].

В 1882 г., кроме товаров Силина, через Одессу и Владивосток в Аян были доставлены и товары купцов первой гильдии: Ивана Гавриловича Громова (иркутского) и Николая Дмитриевича Эверстова (якутского). В 1883 и 1884 гг. эти два купца через Аян переправили по 6 тыс. пудов товаров (в год). В целом завоз товаров в Аян в 1885 г. составил 10 тыс. пудов. На зиму 1885/86 гг. из Аяна в Нелькан смогли доставить только 7,5 тыс. пудов товаров, так как наличные средства перевозки были ограничены. Поэтому 2,5 тыс. пудов грузов были оставлены на зиму 1886/87 гг. [17].

Сложившееся положение побудило якутского гражданского губернатора, полковника Константина Николаевича Светлицкого 7 июля 1886 г. обратиться с докладной запиской к прибывшему с ревизией 5 июля в г. Якутск генерал-губернатору Восточной Сибири графу А.П. Игнатьеву, в которой он предложил восстановить Якутско-Аянский тракт в прежнем (т.е. существовавшем до 1867 г.) виде. Для возмещения расходов на прокладку колесного пути на участке Нелькан - Аян он рекомендовал обложить 20-копеечным попудным сбором ввозимые товары. А.П. Игнатьев, одобрив предложение К.Н. Светлицкого, поручил ему лично обозреть Якутско-Аянский тракт, а «…по возвращении из поездки в порт Аян и по собрании всех необходимых сведений о возможности восстановления Аянского тракта… прибыть по делам службы в г. Иркутск для доклада о результате Вашей командировки» [18].

Поручение генерал-губернатора К.Н. Светлицкий успешно выполнил в августе - сентябре 1886 г. О своей по-ездке он сообщил в докладе от 6 ноября 1886 г. на имя генерал-губернатора, с приложением 45-страничной «Записки об Аянском тракте» [19]. Находясь в Аяне, Светлицкий ознакомил со своим предложением о 20-копеечном попудном сборе А.Ф. Филиппеуса, который об этом отозвался так: «Я полагал бы справедливым и нисколько не обременительным для заинтересованных в улучшении этого тракта купцов обложить с будущего же года все проходящие по направлению Аян - Нелькан товары попудным сбором в следующих размерах: иностранных товаров по 40 коп. и русских по 20 коп. с каждого пуда, освободив от этого сбора только лишь муку и крупу вообще и такое количество пороха, свинца и соли, которое может быть потребно для Нельканского казенного запасного магазина» [20]. Эти предложения в конце октября 1886 г. поддержали купцы И.И. Силин, Н.Д. Эверстов и И.Г. Громов.

Одновременно К.Н. Светлицкий предложил Филиппеусу взяться за ремонт вьючной дороги между Нельканом и Аяном, дабы «… исправление это было сделано настолько капитально, чтобы в случае надобности, впоследствии могло служить как бы основанием для проложения тележного пути». Им были обозначены такие работы, как устройство мостов и гатей, протяженностью в общей сложности от 30 до 35 верст, а также расчистка промоин и рытвин и др. Филиппеус дал согласие взяться за эту работу, оценив ее в 9-10 тыс. руб.

Однако прошло два года, а вопрос так и не был решен. Проводились лишь мелкие работы по поддержанию дороги. Так, например, из собранных за 1887-1888 гг. сумм попудного сбора - 4808 руб. - к сентябрю 1888 г. было использовано 1687 руб. на улучшение пути между Нельканом и Аяном.

Наряду с ремонтом Нелькано-Аянского участка, К.Н. Светлицкий в 1888 г. занимался и обустройством участка Аянского тракта от г. Якутска до с. Усть-Мая. При этом он предложил использовать накопившиеся к 1888 г. в депозитах Якутского областного правления 12 тыс. руб., собранных из трех улусов Якутского округа (Западно- и Восточно-Кангаласских, Батурусского) на содержание в исправном состоянии Аянского тракта, а при нехватке этих средств оставшиеся работы выполнить за счет натуральных повинностей. Канцелярия иркутского генерал-губернатора 1 и 21 июля 1888 г. направила К.Н. Светлицкому утвержденную смету и чертежи на исправление дороги от г. Якутска до с. Амга и от Амги до с. Усть-Мая.

Усилия К.Н. Светлицкого, назначенного губернатором Иркутской губернии, продолжил его преемник - действительный статский советник Владимир Захарович Коленко, приступивший к исполнению должности якутского губернатора в августе 1889 г.

Якутское областное правление 20 декабря 1889 г. подписало годичный контракт с потомственным почетным гражданином И.Е. Охлопковым о том, что он обязуется быть смотрителем и распорядителем работ по исправлению Нелькан-Аянского тракта. В 1890 г. Охлопков произвел расчистку, исправил мосты, гати на 13-верстном участке. Хотя проезд по вьючному тракту и улучшился, но все же, как отмечалось, работы «не дали удовлетворительных результатов» [21]. Поэтому общее присутствие Якутского областного управления обратилось к иркутскому генерал-губернатору о командировании инженера для проведения изыскательских работ на участке Нелькан - Аян.

В июне - сентябре 1894 г. по поручению иркутского генерал-губернатора А.Д. Горемыкина дорожный техник Павел Алексеевич Сикорский, в экспедиции которого участвовали и политические ссыльные В.Е. Горинович, А.И. Осипов, Я.В. Стефанович, исследовал Якутско-Аянский тракт, особенно участок Нелькан - Аян [22]. В представленном иркутскому генерал-губернатору 10 января 1895 г. предварительном отчете П.А. Сикорский отмечал, что ежегодно в Аян совершаются три пароходных рейса: Добровольного флота и на зафрахтованных фирмой братьев Уолш (Вальш) (ставшие после смерти Филиппеуса в 1889 г. владельцами всего имущества Аянского порта. - П.К.) и Приамурского товарищества (которое начало свою деятельность на Охотском побережье и в Якутской области с 1890 г. - П.К.) иностранных судов.

Отмечая увеличение ежегодного ввоза чая в Аянский порт и констатируя ограниченные возможности использования оленей (отсутствие кормовищ), П.А. Сикорский констатировал, что «… возрастание подвоза в Аянский порт чайного или иного груза должно встретить затруднение в недостатке перевозных средств для дальнейшей транспортировки до Нелькана. Таким образом, подъем портовой деятельности Аяна тесно связан с заменой оленей, как перевозных животных, т.е. с устройством пути» [23]. Вместо проложенного в 1844 г. Российско-Американской компанией пути через перевал «Казенный» на Джугджурском хребте, П.А Сикорский предложил новое направление грунтовой 206-верстовой дороги - вдоль рек Игникан, Челасин, Одару. Из-за больших затрат на прокладку этой дороги (до 400 тыс. руб.) и отсутствия реального источника финансирования проект временно был заморожен.

Однако проведенные Охотско-Камчатской экспедицией горно-геологические работы в районе Аяна и открытие «… в ста верстах от Аяна очень богатого золота», о чем руководитель экспедиции К.И. Богданович сообщил 3 февраля 1897 г. якутскому губернатору Владимиру Николаевичу Скрипицыну, вновь поставили вопрос о Нелькано-Аянском пути.

О содержании письма Богдановича и возобновлении вопроса о строительстве дороги В.Н. Скрипицын сообщил в Иркутск. 10 мая 1897 г. А.Д. Горемыкин обратился к министру земледелия и государственного имущества с докладной запиской, где отмечал, что сообщение К.И Богдановича «… чрезвычайно важно для Якутской области, как обещающее новый и, быть может, обширный рынок для сбыта местных произведений и как новый ходатай за устройство пути от Аяна до Нелькана, пути, к которому экспедиция вынуждена обратиться на первых же порах» [24].

Впервые в 1898 г. пароход «Громов» фирмы А.И. Громовой сделал пробный рейс из г. Якутска до с. Нелькан, что доказало возможность судоходства по рекам Алдан и Мая. В дальнейшем пароходы этой фирмы с прицепленной баржей дважды в сезон совершали рейсы до с. Нелькан и обратно.

На доклад иркутского генерал-губернатора в 1900 г. о важности решения проблемы соединения Ленской речной системы (р. Мая) с Аянской бухтой Николай II наложил резолюцию: «… по сношении с Якутским губернатором подвергнуть вопрос о постройке Аян-Нельканской дороги подробному исследованию как в отношении возможности установления попудного сбора, так и в отношении изыскания на месте других каких-либо источников для устройства дороги».

По этому вопросу якутским губернатором В.Н. Скрипицыным в 1901 г. было проведено совещание, участники которого предложили построить дорогу на средства казны, с последующим возмещением этих затрат из сумм попудного сбора за ввозимые через Аянский порт товары, при условии сохранения его статуса порто-франко. По расчетам эти сборы ежегодно должны были составлять до 50 тыс. руб. [25].

По инициативе В.Н. Скрипицына, с разрешения иркутского генерал-губернатора, в 1903 г. была организована новая экспедиция для изыскательских работ на Нелькано-Аянском пути. Она состояла из политических ссыльных. Возглавлял экспедицию инженер Владимир Евграфович Попов, а ее участниками были В.М. Ионов, В.С. Панкратов, Э.К. Пекарский, П.Ф. Теплов, А.А. Ховрин и И.М. Щеголев. По результатам работы В.Е. Попов представил в Якутское областное управление лишь некоторые общие сведения, указывающие на непригодность проекта П.А. Сикорского и необходимость выбора другого, более удобного, направления.

После августовского (1904 г.) царского манифеста В.Е. Попов получил освобождение от ссылки и 16 ноября 1904 г. выехал из Якутска, не оставив не только отчета о работе экспедиции и проекта нового направления, но и рабочих документов и технических материалов. Попытки разыскать его через московского и санкт-петербургского градоначальников, а также Департамент полиции, не дали результата.

После безуспешных поисков В.Е. Попова якутский губернатор Иван Иванович Крафт обратился с предложением к иркутскому генерал-губернатору А.Н. Селиванову организовать новую экспедицию для выбора вариантов этого пути. По распоряжению генерал-губернатора на эти цели было отпущено 7 тыс. руб. Руководили экспедицией, состоявшей из двух самостоятельных партий, вице-инспектор корпуса лесничих, кандидат агрономии О.В. Маркграф и якутский областной инженер А.И. Кудрявцев. С июня по ноябрь 1907 г. работы проводились «полуинструментально, рекогносцировочно с барометрическим нивелированием».

Партия А.И. Кудрявцева, исследовав пять вариантов перехода через Джугджурский хребет, признала наиболее удобным и дешевым направление Батома - Одару - Аян, определив затраты на 280-верстовую дорогу примерно в 300 тыс. руб. Партия О.В. Маркграфа, изучив три направления, посчитала оптимальным юго-восточный путь, минуя с. Нелькан, параллельно р. Ланталь, и далее на порт Аян. Одновременно была спроектирована и сплошная грунтовая 1000-верстовая трасса от Якутска до Аяна, с оценкой расходов в 2 млн. руб. Материалы экспедиции в начале 1908 г. были доставлены иркутскому генерал-губернатору.

О результатах работы экспедиции был извещен и приамурский генерал-губернатор П.Ф. Унтербергер, который считал более целесообразным в пределах Приморской области проложить 289-верстовый путь по южному направлению, через Мамаевский перевал. Однако он сообщил своему иркутскому коллеге, что средств на детальные изыскания и составление проекта (26 тыс. руб.) у него нет, и рекомендовал обратиться в Министерство внутренних дел.

19 мая 1908 г. А.Н. Селиванов доложил в Министерство внутренних дел о завершении предварительных работ и необходимости ассигнования средств на проведение детальных изысканий [26].

23 января 1909 г. Государственной Думой был принят закон, который предоставил право министру путей сообщения вступать в договорные отношения с частными владельцами пароходов и установить почтово-пассажирское сообщение на линии Якутск - Нелькан: по Лене, Алдану и Мае, сроком на 5 лет. 16 мая 1909 г. министерство заключило договор с товариществом «Н.Н.К. Глотовы», которое, начиная с навигации 1909 г., совершало по два рейса [27]. В последующем эти договоры возобновлялись ежегодно, вплоть до навигации 1917 г. Установление регулярного почтово-пассажирского сообщения с с. Нелькан сделало строительство Нелькано-Аянской дороги еще более актуальным.

Комиссия по направлению законодательных предложений Государственной Думы, обсудив представленный министром внутренних дел доклад о неотложных нуждах Дальнего Востока и программу важнейших мероприятий, способных улучшить экономическое положение края, в числе других рассмотрела вопрос и об улучшении состояния торгового тракта из Аяна в Якутск. Управляющий строительной и дорожной частями при иркутском генерал-губернаторе 6 февраля 1910 г. потребовал от якутского губернатора обсудить вопрос о тракте и представить свои предложения.

Созванное якутским губернатором И.И. Крафтом 1 апреля 1910 г. совещание, в работе которого приняли участие представители торговых фирм, констатировало, что устройство Аянского пути может не только обеспечить Якутскую область ввозными товарами, но и «… наилучшим образом способствовать обеспечению Приамурья продуктами сельского хозяйства, скотом, пушниной и т.п. Как известно, со времени занятия Амура (1853-1860 гг. - П.К.) Приамурский край приобретал скот на мясо из Манчжурии и Кореи; только самая незначительная часть скота покупалась в Забайкалье. Ощущаемый недостаток мясных продуктов вызвал в последнее время даже ввоз мяса в замороженном виде из Австралии» [28]. Отметив большое значение Аянского пути для Якутского края, участники совещания предложили проложить 240-верстовую колесную дорогу от порта Аян до устья р. Ватома (Батома), с ассигнованием единовременно 260 тыс. руб. от казны, при сохранении за Аяном в будущем статуса порто-франко.

Иркутский генерал-губернатор Л.М. Князев 21 декабря 1910 г. представил протокол этого совещания в Главное управление по делам местного хозяйства Министер-ства внутренних дел, добавив, что указанную на постройку дороги сумму в 260 тыс. руб. едва ли можно считать достаточной, а работы вряд ли можно начинать без детальных изысканий и составления проекта и сметы. Такие изыскания были проведены летом 1912 г. командированной Министерством путей сообщения в Аяно-Нельканский район экспедицией, которой завершился 18-летний период изыскательных работ на Нелькано-Аянском участке Якутско-Аянского тракта.

Однако планы многочисленных экспедиций так и остались не реализованными. Нелькано-Аянский тракт до начала 20-х годов ХХ в. продолжал оставаться вьючным. В 1920 г., по инициативе Восточно-Сибирского управления шоссейных и грунтовых дорог, при участии Якутского совнархоза, началась постройка дороги Нелькан - Аян, но разгоревшаяся на Дальнем Востоке и в Якутской области гражданская война не позволила продолжить эти работы.

Высадка 6 сентября 1922 г. в порту Аян «Сибирской добровольческой дружины» генерал-лейтенанта А.Н. Пепеляева, ее разгром и пленение остатков отряда в июне 1923 г. в Аяне, «тунгусское восстание» в мае 1924 г. - июле 1925 г. нанесли большой урон Аяно-Майскому району. Многие хозяйства были разорены.

После прекращения антисоветских выступлений и становления Алданского золотопромышленного района власти Якутской АССР снова подняли вопрос о Нелькано-Аянской дороге. В связи с проведением гидрографических работ на участке р. Алдан, выше с. Усть-Мая, доказавших возможность судоходства по р. Алдан, в районе золотых промыслов, предлагалось параллельно со строительством грунтовой дороги Невер - Незаметный (г. Алдан) с выходом на Амурскую железную и шоссейную дорогу, проложить и дорогу Аян - Нелькан. Тем самым мог быть задействован второй путь снабжения Алданского золотопромышленного района: доставка грузов по морю в порт Аян, затем по грунтовой дороге в с. Нелькан, а оттуда на пароходах до золотопромышленного района [29].

Но этим планам не суждено было сбыться по политическим причинам. Только в последние годы был поставлен вопрос о соединении территории Якутии с Охотским побережьем шоссейной дорогой [30]. В 2003 г. Правительством Якутии принято решение ликвидировать грунтовый разрыв на участке Амга - Усть-Мая и провести подготовительные работы на участке строительства шоссейной дороги от с. Усть-Мая до с. Нелькан. Это решение получило одобрение на федеральном уровне и стало частью стратегии развития транспортной системы Северо-Востока России.


Фотографии: современные - А.С. Фаламова, исторические - из фондов Якутского государственного объединенного музея истории и культуры народов Севера им. Ем. Ярославского.


Литература

1. Записки Гидрографического департамента Морского министерства. - СПб., 1846. - Ч. 4. - С. 79-85.

2. Государственный архив Иркутской области (в дальнейшем - ГАИО), ф. 31, оп. 3, д. 488, л. 1-2.

3. Полное собрание законов Российской империи (в дальнейшем - ПСЗРИ). Собр. II. - 1847, т. 21, отд. 2. - С. 273.

4. ГАИО, ф. 31, оп. 3, д. 600, л. 3.

5. Струве Б. В. Воспоминания о Сибири. 1848- 1854 г. - СПб., 1889. - С.79 .

6. ГАИО, ф. 24, оп. 12, д. 658, л. 15.

7. Гончаров И. А. Собрание сочинений в 8-и томах. - М., 1978. - Т. 3. - С. 362 .

8. Российский государственный исторический архив Дальнего Востока (в дальнейшем - РГИА ДВ), ф. 1, оп. 4, д. 1044, л. 49.

9. ГАИО, ф.24, оп. 7, к. 1843, д. 1318, л. 3-4.

10. Сафронов Ф.Г. Тихоокеанские окна России. - Хабаровск, 1988. - С.103.

11. ПСЗРИ. Собр. II. - 1870, т. 44. - С. 395.

12. Казарян П. Л. Якутия в системе политической ссылки России. 1826-1917 гг. - Якутск, 1998. - С. 98.

13. РГИА ДВ, ф. 1, оп. 4, д. 1044, л. 69.

14. Там же, л. 203.

15. ГАИО, ф. 31, оп. 3, д. 488, л. 4.

16. РГИА ДВ, ф. 1, оп. 4, д. 704, л. 2.

17. ГАИО, ф. 31, оп. 3, д. 488, л. 5.

18. Там же, л. 15-17.

19. Казарян П. Л. К. Н. Светлицкий. Записка об Аянском тракте // Полярная звезда. - Якутск. - 2002. - № 4. - С. 80-96.

20. ГАИО, ф. 31, оп. 3, д. 488, л. 18.

21. Там же, оп. 1, д. 330, л. 11.

22. Более подробно см.: Стефанович Я. В. От Якутска до Аяна. Путевые наблюдения (Аянская экспедиция 1894 года) // Записки ВСОИРГО. - Иркутск, 1896. - Т. 2, вып. 3.

23. ГАИО, ф. 31, оп. 1, д. 127, л. 22.

24. Там же, оп. 3, д. 543, л. 45-46.

25. Там же, оп. 1, д. 330, л. 12.

26. Там же, л. 13.

27. Там же, д. 177, л. 41-43.

28. Там же, д. 330, л. 5-9.

29. Захаренко Н. Н. К статье «Транзитная линия Аян - Нелькан - р. Мая» // Хозяйство Якутии. - Якутск. - 1926. - № 4. - С. 11-12.

30. Казарян П. Л. Аян и Якутско-Аянский тракт // Время и события: Указатель-календарь по Дальнему Востоку на 2004 год. - Хабаровск, 2003. - С. 248-250.


Казарян Павел Левонович
доктор исторических наук, профессор, академик РАЕН, главный научный сотрудник Института гуманитарных исследований АН РС(Я), внештатный научный консультант Министерства транспорта, связи и информатизации РС(Я).


`На
`Институт
Яндекс.Метрика